Юридически - безупречно,фактически - беззаконно

Одно из основных положений доклада ФПА «Об обеспечении общественных интересов при применении к подозреваемым и обвиняемым меры пресечения в виде заключения под стражу» (февраль 2008 г.) заключается в том, что при решении вопросов, связанных с содержанием под стражей, суд должен исследовать фактические и правовые основания для избрания или продления данной меры пресечения. К этой проблеме обращается Светлана ДОБРОВОЛЬСКАЯ, ученый секретарь Экспертно-консультативного совета при АП Московской области, к. ю. н.

Более 15 лет прошло с того времени, как Верховный Совет Российской Федерации принял Концепцию судебной реформы в РСФСР. В настоящее время мало кто уже помнит основные положения этого документа, да и сам текст Концепции судебной реформы уже непросто отыскать в книжных магазинах.

Но вот что интересно: многие вопросы, затронутые в этом документе 15 лет назад, очень актуальны и сейчас. Одним из таких вопросов является вопрос о судебном контроле за арестом и содержанием под стражей.

История вопроса

В далеком 1991 году (а именно тогда и была принята Концепция) не существовало процедуры заключения под стражу судом. УПК РСФСР предусматривал, что санкцию на арест дает прокурор. На решение этого вопроса ему давалось три дня с момента задержания человека. На практике в эти три дня адвокаты пытались собрать максимальное количество доказательств в защиту своего подзащитного и шли разговаривать с прокурором. Иногда, не скрою, адвокатам везло, и прокурор, выслушав не только следователя, но и защитника, отказывался давать санкцию на арест. Однако эта процедура вызывала очень много нареканий со стороны юристов-практиков.

В апреле 1992 г., реализуя на практике положения Концепции судебной реформы в РСФСР и Декларации прав и свобод человека и гражданина, Верховный Совет России принял Закон РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР», установивший процедуру судебного контроля за арестом и содержанием под стражей. Согласно этому документу арест, санкционированный прокурором, мог быть обжалован самим арестованным или его защитником в суд. При этом материалы, свидетельствующие о законности и обоснованности произведенного ареста, вместе с жалобой арестованного в течение 24 часов направлялись в суд. Далее судья в течение трех суток с момента получения жалобы должен был провести слушание дела с участием арестованного и его защитника. По результатам рассмотрения дела суд либо удовлетворял жалобу арестованного и освобождал его из-под стражи, либо оставлял жалобу без удовлетворения.

Практика первых лет после введения института судебного контроля давала очень интересные результаты. Во-первых, следователи и прокуроры более взвешенно стали подходить к вопросу заключения лица под стражу, разумно полагая, что суд не будет брать на себя ответственность за неправильное решение, принятое прокурором. Во-вторых, сами суды не всегда спешили узаконивать незаконный арест. Помнится, тогда, в 1992 г., юридическая печать широко обсуждала решение Верховного Суда РСФСР, удовлетворившего жалобу адвоката А.В. Клигмана в защиту арестованного Глушко.

12 декабря 1993 г. всенародным голосованием была принята новая Конституция Российской Федерации. Согласно ст. 22 Конституции РФ арест, заключение под стражу и содержание под стражей стало допускаться только по судебному решению. В соответствии с переходными положениями Конституции РФ до принятия нового УПК РФ сохранялся прежний порядок санкционирования ареста с правом последующего судебного контроля. Но уже тогда, после принятия новой Конституции РФ, практика судов стала постепенно меняться. Суды все реже и реже признавали обжалуемый арест незаконным.

В 2002 г. вступил в действие новый Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Процедура ареста была приведена в соответствие с требованиями Конституции РФ и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Российской Федерацией в 1998 г. Суд стал единственным органом в стране, имеющим право санкционировать заключение под стражу. Казалось бы, суд как наиболее независимый орган в системе судопроизводства и предварительного следствия должен был бы объективно подходить к вопросу законности и обоснованности ареста. Но, как показала практика, суд в подавляющем большинстве случаев, не вдаваясь в вопрос о законности, обоснованности и необходимости ареста, чисто механически удовлетворяет ходатайство следователя. По сути, это вызвано тем, что суд оказался неподконтролен никому и может принимать любое решение.

Таким образом, сейчас мы имеем юридически безупречную, а фактически совершенно беззаконную, процедуру заключения под стражу лица, где любые законные действия самого арестованного лица и его защитника не влекут существенных правовых последствий.

Как заставить механизм работать против самого себя?

Оказавшись в таком правовом поле, многие адвокаты и их подзащитные пытаются найти пути решения проблемы. Очень трудно бывает найти пробелы в четко отлаженном, но совершенно бездушном механизме судебного санкционирования заключения под стражу. Поэтому сегодня я не буду пытаться найти решение нерешаемой задачи, не стану выяснять где, на каком этапе законодателем и правоприменителями были допущены ошибки, приведшие к такому положению вещей. Я просто приму это как данность и постараюсь порассуждать о том, как можно заставить четко отлаженный механизм работать против самого себя.

Итак, приступим. Первый этап в процедуре ареста связан с формированием органами следствия материала по делу о заключении под стражу подозреваемого или обвиняемого. Этот материал направляется в суд. У задержанного и его защитника имеется право на ознакомление с указанным материалом. Этим правом необходимо воспользоваться, подав письменное ходатайство об ознакомлении, причем необходимо помнить, что ни защитник, ни задержанный не вправе быть ограниченными во времени ознакомления с материалом.

Как правило, суд не интересуется перед началом заседания, было ли реализовано право защитника и задержанного на ознакомление. Но если суд начнет рассмотрение материала по существу, не реализовав право задержанного или его защитника на ознакомление с материалами дела, будет нарушено право на защиту. У суда есть два варианта решения проблемы: отложить судебное заседание для реализации указанного права задержанного и его защитника или нарушить право обвиняемого или подозреваемого на защиту, отказав в удовлетворении ходатайства. Компромиссное решение, предлагаемое некоторыми судами, – «знакомьтесь с делом, я объявлю перерыв на пять минут» – в данном случае также можно рассматривать как нарушение права на защиту, поскольку имеется ограничение во времени. Казалось бы, можно отложить разбирательство материала, но тогда будут нарушен 48-часовой срок задержания лица. Таким образом, суд, скорее всего, допустит нарушение права на защиту, отказав защитнику и задержанному в ознакомлении с материалами ареста.

Второй этап связан с реализацией права на защиту в ходе самого судебного разбирательства по вопросу об избрании меры пресечения. В этом судебном заседании, как и в следственных действиях должен принимать участие защитник обвиняемого по соглашению, а не первый попавшийся адвокат. В соответствии с ч. 3 ст. 50 УПК РФ в случае неявки приглашенного защитника суд обязан ждать его явки в течение 5 суток. Таким образом, если суд рассмотрит вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении сроков содержания под стражей в отсутствии защитника обвиняемого по соглашению, это будем прямым нарушением права на защиту. Я не призываю адвокатов сознательно срывать судебное заседание, но, если адвокат болен или участвует в другом процессе, нет необходимости нестись в суд для того, чтобы узаконить арест своего подзащитного. Но если право на защиту, гарантированное ст. 50 УПК РФ, было нарушено, – это один из важнейших кассационных поводов для обжалования избранной меры пресечения.

Третий этап связан с ознакомлением с протоколом судебного заседания. Обвиняемый и его защитник вправе ознакомится с этим протоколом и подать на него замечания (ст. 259, 260 УПК РФ). Этим правом не надо пренебрегать. Даже если замечания на протокол судебного заседания не будут удовлетворены, при кассационном рассмотрении жалобы на постановление об избрании меры пресечения можно поданные замечания можно использовать как аргумент защиты.

Особо следует отметить написание жалобы на постановление суда об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. В этом документе следует указать не только те нарушения УПК РФ, которые были допущены органами следствия и суда при принятии решения о заключении под стражу, но и нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод. При этом надо помнить, что в национальных судах ссылка на нарушение норм Конвенции допустима через постановление Пленума ВС РФ № 5 от 10 октября 2005 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Четвертый этап – это разбирательство жалобы в кассационной инстанции. Результат рассмотрения дела в кассационной инстанции практически предопределен. Если вышестоящий суд отменяет постановление суда 1-й инстанции по какому-нибудь делу, то об этом экстраординарном событии становится известно всем. А так обычно заседание идет не более пяти минут, совещание судей в совещательной комнате – 1 минуту, и постановление объявляется законным.

Но… не это главное. Главное то, что суд первой инстанции вынес постановление с нарушением закона, а суд второй инстанции – утвердил это нарушение. Вот за это и стоит зацепиться. Согласно ст. 34 и 35 Конвенции в течение 6 месяцев со дня рассмотрения дела в кассационной инстанции, арестованный вправе обратиться с жалобой в Европейский Суд по правам человека на незаконность произведенного ареста. А дальше – как повезет. Чьи-то дела рассматривают быстрее, чьи-то медленнее. Но это шанс. И этот (пусть даже маленький) шанс не следует упускать. Поскольку ничего другого у защиты не остается...

Опубликовано в "Новой Адвокатской газете" №21 за 2008 год